Вот в этих-то заботах пролетели последние недели апреля и первые дни мая. Жоэль, со своей стороны, воспользовался тем, что ремесло проводника оставляло ему немного свободного времени, и обошел всех, кого намеревался пригласить на свадьбу. У него оказалось множество друзей в Бамбле, судя по тому, как часто он туда наведывался. Правда, он не смог поехать в Берген, чтобы пригласить господ братьев Хелп, зато написал им. Как он и думал, арматоры, эти славные люди, весьма охотно приняли приглашение побывать на свадьбе молодого боцмана с «Викена» Оле Кампа.

Тем временем наступило пятнадцатое мая, и обитатели Дааля со дня на день ожидали, что Оле подкатит на повозке к дому, спрыгнет с нее, распахнет дверь и радостно крикнет: «А вот и я! Я вернулся!»

Оставалось потерпеть совсем немного. Все приготовления к свадьбе уже завершились. И Зигфрид, у себя в Бамбле, ожидала только этого известия, чтобы явиться в Дааль во всем своем великолепии.

Но прошло шестнадцатое, затем семнадцатое мая, а ни Оле, ни писем от него с Ньюфаундленда не было.

— Да ты не удивляйся, сестренка! — успокаивал ее брат. — Парусники — они всегда запаздывают. От Сен-Пьера и Микелона до Бергена путь неблизкий. Ох, ну почему «Викен» не пароход, почему я не его машина! Уж я бы пыхтел вовсю, одолел бы и ветер и отлив, пусть бы меня даже разорвало по прибытии в порт!

Так говорил Жоэль, видя, как тоскливое беспокойство сестры растет день ото дня.

Справедливости ради нужно отметить, что в ту пору погода на Телемарке стояла прескверная. Жестокие ветры бушевали над горными лугами, и дули они с запада, со стороны Американского континента.

— Но ведь они должны ускорить ход «Викена», — часто говорила Гульда.

— Конечно, конечно, — отвечал Жоэль, — но когда ветер слишком силен, он мешает шхуне, — ведь ей надо бороться с ураганом. С морем, знаешь ли, приходится считаться.