— Не валяй дурака! — рассердилась Мариша. — Это я, Мариша!

— Вы врете! — заявила Анька. — Мариша в Вене.

— Я прилетела! — возмутилась Мариша. — Карл смотался в командировку в Америку почти на полгода. Вот я и прилетела. Скучно же одной.

За дверью послышалось шуршание, а потом дверь приотворилась, и в щели появился любопытный Анысин глаз.

— И в самом деле ты! — удовлетворенно заявила Аня, окончив осмотр подруги. — Заходи! А я думала, что опять наркоманы ломятся. У нас на третьем этаже в такой же квартире продают наркотики, так наркоманы все время путают и к нам ломятся. Всю дверь исцарапали, сволочи.

Мариша прошла в Анькину квартиру и огляделась.

Тут все было по-старому и потому приятно грело душу.

Вроде бы Мариша никуда и не уезжала. Вроде бы сама Аня не выходила замуж в той же Австрии и не получала большого наследства, на которое могла безбедно существовать еще долгое время.

Впрочем, наследство Анька получила не от первого и даже не от второго своего мужа. А от без памяти влюбленного в нее старикашки, который оставил все свое состояние Аньке, чтобы позлить свою родню. Может быть, старикашка потом и передумал бы и простил родню. Но он своевременно отдал концы, и деньги достались Ане.

— Ну как ты? — спросила Мариша у Аньки, когда церемония обмена поцелуями и объятиями закончилась и Мариша убедилась, что Анька трезва как стеклышко и вроде бы в своем уме.

— Да неплохо, — ответила Аня, старательно отводя глаза в сторону.

— А чего ты в форточку кричала? — спросила у нее Мариша.

Анька покраснела и метнула на нее смущенный взгляд:

— Ты слышала?

— По-моему, ты так громко орала, что все соседи слышали, — ответила Мариша.

— Плевать на них, — махнула рукой Анька. — Сплошные алкоголики и наркоманы. Они все равно ничего не поняли, даже если бы и услышали.

— Ну, а все-таки? — настойчиво повторила Мариша. — Что ты кричала? Да еще по-немецки.