Лук с завистью смотрит на то, как споро управляется Пашка с кочегарскими приборами и инструментами, ему кажется, что Пашка крутой спец. Потом уже, задним чисом, через год, он поймет, что бывают и круче (когда сам станет признанным "специалистом по даванию пара"), а пока он у Паш-ки в гостях и не ведает, что придет и его звездный час, что полковая кочегарка, с котлами, трещинами в них, водомерами и угольными кучами станет его, Лука, ленным владением...

- Слушай, Паш, а как ты научился всему этому? Ну, топить, за паром следить?

-- Вот так и научился. О как! Смотри, учись: слой ровненький, тоненький, весь котел жар дает. Не то что у этих... О чем мы говорили?

- Если командир узла...

- А, точно! "Если командир узла неожиданно вошел в каптерку и трое находящихся там воинов срочной службы вздрогнули..."

-- Трое уже были.

-- Да, двое. "... и двое находящихся там воинов срочной службы вздрогнули, значит они гомики..."

Пятьсот человек в полку, если считать только содат и сержантов срочной службы, ни одной женщины рядом и хрен дождешься увольнения, все это безобразие - заведомая черноземная зона для гомосечных инстинктов. И точно -- Толик Машенков, однопризывник Лука, явный педрила и при этом устроился фельдшером в санчасть. Сашка Нестеров, хохоча и отплевываясь, рассказывал, как тот к нему клеился... Хорошо, Сашка ему хоть в морду дал. А станет Толик дедом и попадут к нему молодые, первогодки... Лучше и не думать.

Отпустите на танцы, сволочи, хотя бы по субботам и воскресеньям, к девчонкам! И лучше с ночевкой.