Яна: «В пограничных районах штатов Лара и Фалькон чаще, чем в других местах, встречаются низкорослые люди. Правомерно предположить, что столетия назад процент карликов, рождавшихся в процессе естественного отбора, был куда более высок – их было, может, и не так много, чтобы образовывать целые общности, как показалось Федерману, но вполне достаточно, чтобы первые европейцы восприняли их не как простые исключения». Вернувшись в 1531 г. в Европу, Федерман написал увлекательную «Индийскую историю» – беллетризованный отчет о своей экспедиции, в котором всячески стремился подчеркнуть заманчивые перспективы освоения Венесуэлы. В 1533 г. он заключил с домом Вельзеров контракт на 7 лет, обязывающий его вести все торговые операции в Новом Свете и любыми способами приумножать состояние банкиров; однако вопреки его ожиданиям губернатором Венесуэлы был назначен Георг фон Шпайер (Хоэрмут).

О дальнейших событиях читатель узнает из романа. Мы же дополним развязку, проследив судьбы двух важнейших героев – друга Гуттена, Николауса Федермана, и его врага, Хуана Карвахаля.

Желая избавиться от опасного соперника, Шпайер оставил Федермана управлять Коро в отсутствие Гуттена. Но тот и не думал сидеть на месте, а стал пытаться проникнуть в легендарную страну Херире. Столкнувшись в долине Боготы с двумя другими экспедициями – конкистадоров Белалькасара и Кесады, также предъявлявших свои права на страну муисков, – Федерман отправился в Европу ожидать решения третейского суда. Тем временем Вельзер предъявил ему иск на 110 тыс. дукатов и засадил его в долговую тюрьму. Выйдя на свободу, Федерман подал на Вельзера в суд, обвинив его в обмане испанского монарха и утаивании королевской пятины. Поскольку никаких доказательств у него не было и быть не могло, то, чтобы выпутаться из создавшегося положения, он через некоторое время вдруг «серьезно заболел» и, находясь «при смерти», в присутствии нотариуса, духовника и свидетелей признался в своей клевете на Вельзера, тут же получил отпущение грехов, после чего благополучно «выздоровел». Он только не учел, что со смертью шутки плохи – через полгода, в феврале 1542 г., смерть действительно настигла его.