Мотя. Нет, ты не человек, Егорий, и не думай даже!
Егор. А кто тогда?
Мотя молчит.
Балда ты все же! В том-то и дело, что я человек на самом деле... ну как это... по внешности, что ли...
Мотя. По одной внешности не считается.
Егор. Да погоди! Я человек... по внешности... а почему я думаю, что все вот это вот все - я!
Мотя. Как так?
Егор. Ну все - это я!
Мотя. Какое - все?
Егор. Все, что только есть! Даже тебя увидел, глупую, и то узнал. Я тебя сразу узнал, Мотя!
Мотя. Ой ты! Обманщик ведь!
Егор. Честно! Честно! Как кольнуло - где-то ты во мне угнездилась, крохотулечка такая, а узнал сразу же! Вот она - Мотя!
Мотя. Я тебя не знаю. Ты приполз из леса. Чуть не мертвый. И рычал. И с волками делишься.
Егор. Вообще - все, все! И лес, и снега, земля, естественно, в первую очередь, и небище это синее в звездочках, и за ним что есть - вечность бесконечность - я это! О! О! Пикает!
Мотя. Спутник плывет.
Егор. И он - я. Во мне сейчас пикает. Как это так получается, а?
Мотя. Ты, наверное, от холода спятил. Лежал долго на морозе - тебя пронзило.
Егор. Аж прям думаю, разнесет меня сейчас на осколки от этой силищи, она же томится. Ей тесно, я же маленький, если по правде, видишь какой? И все это сдерживаю в себе. Зачем это, а?
Мотя. Ты должен страдать.
Егор. Так я ничего не говорю - я и так седой.
Мотя (кивает). За такое нужно страдать. Если никто над тобой не стоит, ты один виноват.
Егор. Я не виноват.
Мотя. Виноват. Все в себя сгреб и один остался.
Егор. Я не один. Меня ж кто-нибудь родил.
Мотя. Ну кто?
Егор. Мамка с батькой.
Мотя. Ха-ха-ха! Мамка с батькой! Ты кому говоришь-то? Мамка с батькой такое родить не могут.
Егор отступает, схватившись за грудь.
Че схватился? Нету их.