За столом сидел сильно укороченный человек - безногое туловище с одной рукой, багровая клешня вместо кисти. Перед ним небольшой, размером с портативную печатную машинку, пульт с зелеными и красными лампочками. Это был управдом Анемподист Бодров.

- На поселение?.. А кто таков?

- Вот бумаги.

Он бегло просматривает их - разрешение... разрешение... писатель?.. посмотрел на меня, глаза оказались живые, хитроватые:

- Из каких писатель, кто пишет али нет?

- Кто не пишет.

- А, вот... да-да... И надолго к нам?

- Не знаю еще...

- А мне надо, чтобы надолго, - жилой фонд осваивать будем. У нас тепло, свет... пенсию дам, в виде вермишелевого супа с мясом...

Он мне нравится, живой мужик.

- А что от меня надо?

- Огород выделю - десятую урожая мне, а дальше посмотрим... писатель... Работу могу предложить, в жэке, но денег мало. Свиньи экономику подрывают. Это все Блясов, доберусь я до него...

- Я согласен... Подумаешь, десятая, с супом и в тепле - проживу.

- Только сначала зайди в сто седьмую, к Гертруде, он у нас главный по политике. А поселим тебя...

- Нельзя ли в двадцатом?

Управдом удивленно поднял брови:

- Вот именно, в двадцатом, там все живут.

- Как так - все?

Он замялся:

- Ну, увидишь, увидишь... пойдешь вниз, к реке, последний дом и будет твой, панельный, квартира двадцать три. Я тебя сейчас подключу... - он подвинул к себе пульт и стал шуровать на нем красной клешней.

Я вышел в коридор. Навстречу мне двигался огромного роста мужик в резиновых сапогах до паха. Голова его, лицо и руки обросли густым рыжим волосом, похожим на медную проволоку, левый глаз - маленький, заплывший, смотрел свирепо и дико, правый - большой и неподвижный, сиял немыслимым лазурным светом. Рыжий человек с голубым стеклянным глазом был заместитель Анемподиста Гертруда, то есть "герой труда" в сокращении.