Надо сказать, что на Илье доктор Элик чуть не споткнулся. По-видимому уже тогда проявилось знаменитое упрямство Ильи - он отказался появиться на этот свет и роды длились два дня. Доктор Элик переходил от отчаяния к надежде и от надежды к отчаянию. В конце концов было решено наложить щипцы на голову Ильи и вытащить упрямца. Испугавшись, Илья быстро просунул голову наружу, остальное уже было делом техники д-ра Элика.

Однако на этом не кончились игры провидения. Следующий тур оказался ещё более судьбоносным для всей семьи. Дело в том, что сионистское увлечение отца всё усиливалось и в начале 30-х он уже серьёзно подумывал о переезде в Палестину и вёл переговоры об открытии на горе Кармель клиники для туберкулёзных больных. В конце концов, когда Илье было около года, отец окончательно решил и заказал необходимые бумаги для своей ознакомительной поездки в страну своей мечты.

Дальше произошло вот что. Отец стоял у операционного стола, когда раздался истошный крик няни Веры, подхваченный матерью: "Скорей!! Скорей!! Ребёнок умирает!!" Сорвав на ходу перчатки, отец вбежал в детскую комнату и увидел посиневшее от удушия лицо своего сына и его испуганные глаза. По какой-то причине у Ильи произошли судороги. Не раздумывая, отец открыл ему рот и сунув палец, разжал горло. Илья глубоко вздохнул и заплакал.

"Вот видишь?" - медленно сказала мать - "если бы тебя не было сейчас и здесь - он бы умер. Тебе нельзя ехать в Палестину". Отец стоял молча и ладонью вытирал пот со лба. Так закончилась ничем мечта отца о Палестине, о горе Кармель и произошли все последующие события.

Ещё ребенком, разбирая старые игрушки, Илья наткнулся на коробку с маслянными красками, кисточками и фаянсовыми плошками, для разведения красок.

Когда он, страшно заинтересованный подошёл к матери с вопросами - та от чего-то рассердилась и забрав коробку бережно уложила её в верхний ящик шкафа в детской комнате.