– Это мой властный нрав дает о себе знать.

Он вернулся к своему креслу и кинул взгляд на часы на руке. Уличный шум – автобус, в котором переключается передача, дробный перестук женских каблучков – проник внутрь сквозь установившуюся в окне тишину и почти нормализовал нереальность атмосферы в комнате.

– Разве не может земля, – спросила она, – подразумевать жизнь, почему непременно смерть?

Он пожал плечами. Он был собой недоволен.

– Это особый язык: одно и то же может выражаться через прямо противоположные понятия.

– Если я понимала его именно так, тогда как он понимал меня?

– По-моему, вы напрашиваетесь на комплимент.

– Вовсе нет, ни на что я не напрашиваюсь! Я жду не комплиментов, а правды. Я жду помощи. Я до смешного несчастлива, и мне нужно знать почему, и у меня не складывается впечатление, что вы помогаете мне найти ответ. Мне кажется, что мы с вами говорим вроде бы об одном, но друг друга не разумеем.

– Вы не могли бы развить эту мысль?

– Вы правда хотите?

Он неподвижно застыл в кресле, словно окаменел (она постаралась это впечатление игнорировать) от страха.

– Ну что ж… – Она снова перевела взгляд на защелку на своей сумочке – безмолвный фокус в поле ее зрения, который, словно домкрат, помогал ей подняться. – Когда я начала ходить к вам, я, неизвестно почему, вбила себе в голову, что приблизительно к этому времени между нами что-то произойдет, что я так или иначе, абсолютно не теряя головы и ничем не рискуя… увлекусь вами. – Она подняла глаза в надежде увидеть поддержку, но не увидела ее. Она стала говорить дальше голосом, который, хоть кондиционер и стих, ей самой казался каким-то резким и грубым. – К сожалению, ничего подобного не произошло. Даже хуже – скажу как есть, ведь Гарольд просто выбрасывает деньги на ветер, если я не могу быть с вами до конца откровенной, – я чувствую, что случилось прямо противоположное. Меня не оставляет ощущение, что вы сами влюбились в меня! – Теперь она говорила, словно боялась не успеть. – И оттого я испытываю к вам нежность, и хочу вас защитить, и делаю вид, что я вас не отвергаю, – из-за этого все идет не так, как должно.