Во дворе он вышел и почти насильно взял мисс Элен под руку.
— Сударыня, — сказал он ей, — я хотел вас поместить в обыкновенный дом умалишенных, но так как вы женщина энергичная и сумеете оттуда убежать, а доктора не возьмут на себя подобного рода ответственность, то я и решил вас привезти сюда.
— То есть вы хотите сказать, — проговорила мисс Элен со злобой, — что вы не могли найти соучастника в ваших низких поступках.
— Не выражайтесь так, мисс Элен. Я вас скоро избавлю от своего присутствия…
Затем они направились к директору.
— Послушайте, — спросила мисс Элен последнего. — Неужели меня будут держать здесь как сумасшедшую?
— Вероятно, — ответил директор, — так как вы видите, что вы в доме умалишенных.
Он сказал это так флегматично, что мисс Элен сразу поняла, что от этого человека помощи ожидать невозможно.
Ей отвели номер, а сэр Джеймс Уд отправился обратно.
Мармузэ, выйдя из кабачка, направился к себе домой; разбудив спящего инвалида, отдал ему гардероб и послал через него к Милону следующую записку:
«Ты мне нужен, приходи сейчас же».
Инвалид тотчас же направился с письмом к Милону. Через час Милон уже входил в комнату к Мармузэ.
— Слушай, — сказал Мармузэ, — англичанка и два полицейских агента исчезли; нам непременно нужно отыскать мисс Элен, а для того, чтобы отыскать ее, нужно следить за агентами.
— Но где же их найти? — спросил Милон.
— А вот слушай, сначала скажи мне, есть ли у тебя деньги в кассе?
— Сто тысяч франков.
— Ну так завтра я украду у тебя эти деньги, ты заявишь о том в полицейскую префектуру, а так как у тебя касса английского фасона и ни один из французских слесарей не знает ее замка, то англичан, вероятно, и попросят повести следствие; итак, ты теперь можешь идти домой, а завтра я у тебя украду деньги.
На другой день к Милону, когда у него собралось много народу, явился какой-то джентльмен.