- Вы сегодня, кажется, летали?
Шувалов молчал.
- Свинья, - сказал Исаак Ньютон.
Шувалов проснулся.
- Свинья, - сказала Леля, стоявшая над ним. - Ты ждешь меня и спишь. Свинья!
Она сняла божью коровку со лба его, улыбнувшись тому, что брюшко у насекомого железное.
- Чорт! - выругался он. - Я тебя ненавижу. Прежде я знал, что это божья коровка, - и ничего другого о ней, кроме того, что она божья коровка, я не знал. Ну, скажем, я мог бы еще притти к заключению нию, что имя у нее несколько антирелигиозное. Но вот с тех пор, как мы встретились, что-то сделалось с моими глазами. Я вижу синие груши и вижу, что мухомор похож на божью коровку.
Она хотела обнять его.
- Оставь меня! Оставь! - закричал он. - Мне надоело ! Мне стыдно.
Крича так, он убегал, как лань. Фыркая, дикими скачками бежал он, отпрыгивая от собственной тени, кося глазом. Запыхавшись, он остановился. Леля исчезла. Он решил забыть все. Потерянный мир должен быть возвращен.
- До свиданья, - вздохнул он, - мы с тобой не увидимся больше.
Он сел на покатом месте, на гребне, с которого открывался вид на широчайшее пространство, усеянное дачами. Он сидел на вершине призмы, спустив ноги по покатости. Под ним кружил зонт мороженщика, весь выезд мороженщика, чем-то напоминающий негритянскую деревню.
- Я живу в раю, - сказал молодой марксист расквашенным голосом.
- Вы марксист? -- прозвучало рядом
Молодой человек в черной шляпе, знакомый дальтоник, сидел с Шуваловым в ближайшем соседстве.
- Да, я марксист, - сказал Шувалов.
- Вам нельзя жить в раю,
Дальтоник поигрывал прутиком.