ТАТЬЯНА. А кто еще?

СЕЙКИН. Ивана Захедринского вполне достаточно.

ТАТЬЯНА. Вы знаете его стихи?

СЕЙКИН. Нет, зато я знаю Ивана Захедринского.

ТАТЬЯНА. Мне они не нравятся.

СЕЙКИН. А Иван Захедринский?

ТАТЬЯНА (не отвечая на вопрос). По-моему, они слишком... Слишком поэтичны.

СЕЙКИН. Стихи?

ТАТЬЯНА. Им чего-то нехватает. Им нехватает... да, я поняла, им нехватает логики.

СЕЙКИН. Стихам?

ТАТЬЯНА. Мне нравится логика.

СЕЙКИН. С каких же это пор?

ТАТЬЯНА. С недавних. А если честно - только с сегодняшнего дня. Вы так говорили о логике - необыкновенно убедительно. Я буквально увлеклась логикой.

СЕЙКИН. Но почему?

ТАТЬЯНА. Потому что она такая... логичная...

СЕЙКИН. Смотрите-ка, кто бы мог подумать.

ТАТЬЯНА. И в ней есть своя поэзия.

Доносится кукование кукушки.

СЕЙКИН. Должен вас предостеречь, что...

Татьяна прикладывает палец к губам, прося Сейкина не говорить. Сейкин повинуется. Татьяна отсчитывает кукования на пальцах, после пятого кукушка умолкает.

Должен вас предостеречь, что логика...

ТАТЬЯНА (шепотом). Не говорите, прошу вас.

Кукушка кукует в шестой раз.

Шесть! Четное!

СЕЙКИН. А какое это имеет значение?

ТАТЬЯНА. Добрая примета.

СЕЙКИН. И вы в это верите?

ТАТЬЯНА. А почему нет? Лучше верить, чем не верить. Неужели вы ни во что не верите, Петр Алексеевич?

СЕЙКИН. Как бы вам сказать... Я стараюсь.

ТАТЬЯНА. Верить или не верить?

СЕЙКИН. А это одно и то же.

ТАТЬЯНА. О, нет! Все зависит от того, в чем человек нуждается.

СЕЙКИН. Это безразлично.

ТАТЬЯНА. Да нет же! Есть разница.

СЕЙКИН. Никакой разницы нет.

ТАТЬЯНА. Да есть же!

СЕЙКИН (резко). Нет!

Пауза.

ТАТЬЯНА (мягко). Не надо так кричать, Петр Алексеевич.