Честно говоря, я сразу же пожалела о своих словах, можно было предположить, что он так и поступит. Но Сергей со стоном перевел дыхание и ослабил хватку, убрал руки с талии, обхватив ладонями мои ягодицы. Теперь мои руки были свободны, и я могла упереться ему в плечи, вернее цепляться за него, потому что я по-прежнему висела, не касаясь ногами земли.

Я поерзала, пытаясь выскользнуть ужом. Ничего не вышло, он еще плотнее подхватил мой зад, пальцами почти проникая в лоно, от моего сокровенного места его отделяла только ткань платья и трусиков. Я дернулась, испугавшись столь интимного прикосновения.

– Не шевелись! – Вдруг простонал-прохрипел Сергей. – И издал мучительный стон – стон раненого.

Я не смотрела ему в лицо с того момента, как он подхватил меня. Теперь я подняла глаза. Его взгляд из-под ресниц был невидящим, опрокинутым в себя, на лице боролись отражения экстаза и муки. Я замерла.

Его бугрившийся пах вжимался меж моих тесно сомкнутых ног. Мы замерли.

Наконец взгляд его стал осмысленным. Я позавидовала ему, упоение, плавящееся в глубине глаз, зачаровало меня. Он медленно приблизил свое лицо. Я не стала уклоняться, встретила его губы с покорностью, и почувствовала взрыв всем телом, а его крик блаженства поймала губами. Я казалась себе былинкой на склоне вулкана. Я сгорала в его пламени. Я была почти живой.

Он поставил меня на песок. Я поняла, что не могу рассчитывать на исцеление. Пока он держал меня в объятиях, я почти ожила, едва он освободил меня, все снова стало безразлично. Он не может держать меня в кольце своих рук непрерывно, ему нужно жить.

– Соня, это было как удар молнии. Прости меня. Я не владею собой.

– Отпусти меня.