Тогда как раз появилось постановление о том, что ленинградские блокадники имеют право поступать в любое учебное заведение без экзаменов, вот наша героиня и решила воспользоваться шансом. Однако без специальных пропусков в столицу тогда никого не пускали, поэтому пришлось прибегнуть к хитрости. Мама Соколовой работала на текстильной фабрике и придумала такой трюк: спрятала дочку в текстильном вагоне между тюками с полотном. В этом вагоне она и приехала в столицу. Добралась до Комитета по кинематографии и пришла на прием к самому министру Григорию Большакову. Но тот ей объяснил, что ВГИК эвакуирован в Алма-Ату и если она хочет учиться, то следует отправляться именно туда. Соколова без лишних слов села на поезд и через 12 дней была на месте.

Во ВГИК ее приняли сразу и зачислили на 2-й курс, в мастерскую Бибикова и Пыжовой. В 1943 году эвакуация закончилась и институт вернулся в Москву. Всем иногородним студентам, среди которых была и наша героиня, выделили комнаты в общежитии, которое располагалось в Зачатьевском монастыре на Остоженке.

Свою первую роль в кино Соколова сыграла в 1947 году в фильме режиссера Александра Столпера "Повесть о настоящем человеке". Это была небольшая роль медсестры-партизанки Варвары, в дом которой приполз из леса раненый Мересьев (его играл П. Кадочников).

Однако эта роль была столь маленькой, что не принесла Соколовой ни славы, ни какого-нибудь материального вознаграждения. Жила она тогда буквально впроголодь. Денег на то, чтобы снимать хотя бы маленькую комнатенку, у нее не было (ей платили всего 700 рублей), вот она и ночевала в стенах Театра-студии киноактера, в который поступила сразу по окончании ВГИКа в 1946 году.

В 1948 году дала себя знать ленинградская блокада - у Соколовой начались сильные рези в животе. С подозрением на аппендицит ее привезли во 2-ю Градскую больницу. К счастью, врач, осматривавший ее, оказался опытным и резать сразу не стал. Он осмотрел пациентку, а потом вдруг рассмеялся: "У вас, девушка, старушечья болезнь: колит называется". Нашу героиню посадили на диету, и боли вскоре прошли.