Вдруг самый матерый из попов вострубил что-то грозное, и бесновавшуюся моську утянули за рукав в толпу, где она сгинула без следа. Началась служба. "Наш бронепоезд, - пробормотал Тим себе под нос. - Демонстрация мощи, растудыть ". На палубе оживленно щебетали, кое-кто прицелился в матушку-Русь объективами фото и видеокамер. Тим очнулся и поспешил прочь, ибо консерваторы уже бросали косые взгляды на его гербалайфный значок. Он не подозревал, что в доме, куда он направлялся, ему приготовили сюрприз.

Теплая компания, поджидавшая Тима, тоже не упустила случая поглазеть на хлеб-соль в честь вражеского десанта. Все, как ни были пьяны, прильнули к окнам, выходившим на набережную. Впрочем, зрелище быстро наскучило, и возобновились разговоры.

- Как вши какие-то, ей-Богу! - негодовал Румянцев. - И лезут, и лезут... медом тут намазано, что ли?

- Ну уж и медом, - сказал Осетров. - Нет, не медом... Это все одно к одному. Еще одна шобла легко копируемых лидеров. Очередная разновидность. И у наших лидер нашелся - видал? Тоже нехитрый пример для подражания...

- Тима надо в их компанию...

Толстый Копосов, не однажды оскорбленный бессердечными гербалайфщиками, начал кричать:

- Не говорите мне о нем! Он совсем рехнулся! Он же поехал! Он все время жрет эту дрянь - худеет! Его невозможно слушать, у него изо рта слюна летит! И еще хочет, чтобы его копировали.

- Дурное дело нехитрое...

- Точно, любой дурак слижет. Только нет дураков.

- Чтобы заработать миллион, надо создать религию, - изрек Румянцев, разливая водку. - Кто-то сказал, не помню...

- Чудо, а не религия, - отозвался Осетров. - Все едят, худеют, другие тоже хотят, им продают, все богатеют... Делай с нами, делай как мы...

- Лидеров развелось, однако...

- Социальный заказ, - кивнул Осетров. - Вон, еще один! - он мотнул головой в сторону телевизора. Слегка сомлевший Президент удивленно бурчал что-то не вполне грамотное. - Легко копируемый лидер.