Городихин смотрел на Шлему с недоверием.

- Методик много, - изрек он серьезным тоном. - Что-то кому-то всегда помогает. Но наш продукт...

- Да иди ты! - отмахнулся Шлема Гросс. - Лично я уверен, что этот субъект - больше, чем человек. Говорю вам, от него волны плывут. Но черт с этим, вам все равно не интересно. Тогда уразумейте одно: мы имеем уникальный коммерческий случай вступить в контакт с очевидно незаурядной личностью, и возможность такую упускать глупо.

- Так за чем же дело стало? - весело удивился Городихин. - Побеседуй с ним, подпиши в свою бригаду или продай продукт.

- Угу, - кивнул Шлема. - И я о том. Но от закавыки никуда не деться. На мой мистицизм вам тыщу раз наплевать - и ладно. Но есть отличная от нуля вероятность, что я не ошибаюсь. А это означает, что нам, следуя нашему же принципу, предстоит исходить из худшего. Стало быть - я затем и пришел - мы должны выработать стратегию и тактику исходя из предположения, что человек этот - Бог.

В офисе воцарилась тишина. Тим вдруг ужаснулся: "Чем я тут занимаюсь?" Городихин какое-то время сидел неподвижно, затем притянул к себе пачку сигарет и вытянул одну зубами.

- Проблема, - констатировал он с удивлением возницы, дорогу которому перегородило бревно. Тим едва не подпрыгнул от неожиданности.

- Ну, слава Богу, - сказал Шлема ядовито. - Наконец-то. Теперь можно и потолковать.

- Нет проблем, есть задачи, - Тим, копируя лидера, предложил расширенный вариант емкого городихинского приветствия.

- Это само собой, - согласился Городихин. - Как бы там ни было, задачи надо обрисовать. А выбор у нас, как обычно, небогатый: либо подписать в фирму, либо продать продукт.

- То есть подписать Бога или продать Богу, - удовлетворенно подытожил Шлема.

- Мне это даже нравится, - вдруг оживился Городихин. - Помечтать и пофантазировать всегда полезно, развивает воображение.