— А как же телефоны?

— Насчет телефонов… — командующий улыбнулся. — Вот у начальника контрразведки интересное предложение. Прошу…

— Господа… — начальник контрразведки оглядел присутствующих. — Я предлагаю вашему вниманию шифр, разработанный на основе повседневных переговоров наших офицеров. Они, как известно, говорят о дамах, картах и выпивке…

— А что, господа, это оригинально, — рассмеялся командир корпуса. — Нам остается только договориться, кого кем считать…

— Вот именно. Но, прошу помнить, все, что мы здесь сейчас обсуждаем, не должен знать никто, — п командующий совершенно машинально несколько раз щелкнул выключателем своей настольной электрической лампы…

В патриархальном поместье Дзендзеевских до недавнего времени жгли только свечи, и потому провод от лампы командующего подключили к временной линии, которая опутала все постройки, выходя из маленького флигеля, где Долежай-Марков приказал разместить собственную электростанцию штаба. У самого же генератора теперь распоряжался недавно присланный бывший собственный электрик барона Грецингера, худой неулыбчивый латгалец с аскетически костистым лицом и колючими глазами.

Впрочем, несмотря на внешность он оказался услужливым, расторопным малым и даже удостоился похвалы самого Долежай-Маркова, когда по собственному желанию протянул от аккумулятора вторую линию, чтобы тарахтящий мотор не тревожил по ночам господ офицеров, а электрический свет у постелей по мере надобности загорался бесшумно и безотказно.

Правда, для этого трудяге латгальцу пришлось самолично наладить еще одну проводку, но он не счел это за труд и в два дня обеспечил господский дом удобным аккумуляторным освещением. И хотя новая линия, конечно же, добавила ему хлопот, он безропотно чинил что-то в лампах, тянул новые провода или ковырялся у себя во флигеле, заботясь о бесперебойной работе электрической станции.