Когда у него испортились и повыпадали все зубы, да так, что даже протезы было не на что закрепить, Коннигсвассер написал в своем дневнике:
«Если жизненная материя смогла развиться настолько, чтобы выйти из океана, где жизнь была действительно приятной, она, безусловно, сможет пойти в своей эволюции дальше и вырваться из тел, которые, при ближайшем рассмотрении, приносят ей сплошные неудобства».
Не подумайте, что он был ханжой по отношению к телам, нет, и людям с красивыми, здоровыми телами он вовсе не завидовал. Просто он считал, что от тела больше хлопот, чем пользы.
Он не очень надеялся, что при его жизни люди разовьются настолько, чтобы выйти из своих тел. Ему лишь очень хотелось, чтобы это произошло. Как-то Коннигсвассер, сосредоточенно думая об этом гулял по зоопарку в своей тенниске. Он остановился возле одной из клеток посмотреть, как кормят львов. Дождь перешел в мокрый снег, доктор направился домой. По дороге он обратил внимание на толпу у края лагуны — кто-то утонул.
Свидетели утверждали, что утопленник — человек пожилой — прямиком вошел в воду и, ничуть не меняясь в лице, шел и шел вперед, пока не скрылся под водой. Взглянув на жертву, Коннигсвассер сказал себе, что причина самоубийства ему вполне понятна — с таким лицом на этом свете делать нечего. Коннигсвассер пошел своей дорогой, и, уже почти вернувшись домой, он вдруг понял, что на берегу лагуны лежало его собственное тело.
Коннигсвассер вернулся к телу, которое все еще безуспешно пытались откачать, вошел в него и отвел домой, главным образом делая одолжение городским властям. Дома он завел тело в чулан, а сам снова вышел из него.
С тех пор он пользовался телом только от случая к случаю, например, когда нужно было что-то написать или перевернуть страницу книги. Кроме того, он периодически подкармливал тело, чтобы в нем было достаточно энергии для подобного рода работ. Все же остальное время тело с озадаченным видом неподвижно сидело в чулане и энергии почти не расходовало. Коннигсвассер сказал мне как-то, что, используя тело таким образом, он расходовал на его содержание не больше доллара в неделю.