— Спасибо тебе, волк, — затем громче произнес:

— Отец Солнце, ты слышишь? Волк отдал свою жизнь, чтобы спасти наш народ. Он позаботился о нас.

Дрожащей рукой он стал извлекать внутренности из раны в брюхе волка. От волчьих потрохов валил горячий пар. Сладковатый запах крови приятно пьянил Бегущего-в-Свете. Вырвав волчье сердце, он с наслаждением стал сосать оттуда горячую, дающую жизнь багровую жидкость. Острым наконечником копья он разорвал сердечную мышцу на мелкие кусочки и проглотил их; судороги сжали его желудок, но это было почти приятно. Едкий вкус волчатины наполнил его рот — ив нем была подлинная Сила.

Волчья отвага наполнила его тело. Он почувствовал в своих жилах долгожданное тепло — как в начале Долгого Света, когда льды тают.

Тихо напевая священную песню, Бегущий-в-Свете повернулся к высокому сугробу и, опустив на землю волчью тушу, стал рыть нору в снегу. Это заняло всего несколько минут. /

Посмотрев на ночное небо, он прошептал:

— Уходите прочь! Я уже видел ужас. Вы не совладали с моей душой. Уходите! Оставьте меня в покое!

Злые силы Долгой Тьмы отступили, склонившись перед ним и его храбростью.

Молясь, чтобы Дедушка Белый Медведь не нашел его, он заткнул трупом волка вход в нору. Это преградило путь в нору вечно ищущим добычи пальцам Ветряной Женщины. Сам же свернулся в клубок и погрузился в глубокий сон.

Долгий голод и усталость сделали свое. Но волчья кровь не зря согрела его и вдохнула новую силу в его жилы. Из тьмы, из глубин дремоты к нему пришел Сон.

Во Сне этом они шли с Волком рука об руку. Отец Солнце более не скрывался за спиной Облачной Матери. Здесь, во Сне, у него не подкашивались ноги, не кружилась голова от голода. Он ступал твердо. Волк шел рядом, приплясывая.

— Вон там! — указал волчий нос. — Видишь? Там, на юге…

Бегущий-в-Свете прикрыл глаза рукой, чтобы защититься от лучей Отца Солнца, отражающихся в белоснежных сугробах. И он увидел то, что показывал ему Волк. Перед его глазами ослепительно вспыхнул Великий Ледник — запретная стена голубого льда, покрытая горами снега. С этой огромной стены сбегали вниз струи воды, на ходу замерзая. Вся бесконечная ледяная масса трещала, гудела, скрипела.