— Нет, это не то.

— А что же еще?

— Вот ты чувствовала себя такой…

— Но я это не придумала.

— Что же это было? Ты сказала, что хочешь покончить с этим. С чем ты хотела покончить?

— Я так сказала?

— Ты сказала: покончим с этим.

— Покончим с этим?

— Да.

— Ах, — сказала Берта. — Я не знаю. Я сама не знала, что говорила.

Он снова перевел на нее взгляд, и она добавила поспешно:

— Я тебя хотела — вот и все. Хотела, чтобы ты взял меня, — вот и все. Мне казалось, я смогу принадлежать и двоим сразу, — лишь бы принадлежать тебе. Поэтому я и сказала, что чувствую себя так.

Он снова глядел на нее, но остался сидеть поодаль.

— А! — сказал он тихо. — Тебе и в самом деле пришло в голову верное слово.

— Ты думал, что я говорю о другом?

— Должен признаться, я не думал, что ты говоришь только об этом.

— ао чем, по-твоему, я говорила? О том, чтобы совсем уйти к тебе?

XII

Он встал с дивана, стал кружить по маленькой, скудно обставленной комнате, открывать дверцы шкафов.

— Неужели здесь ничего не найдется выпить? — сказал он.

Он открыл дверцу низенького шкафчика, потом отворил стенной шкаф, потом снова вернулся к шкафчику и взял два стакана, перешел к стенному шкафу и стал шарить в нем, стоя между створками.

— Вот если бы мне не чувствовать себя так, — сказала Берта с дивана.

— Верно, — сказал Эн-2. — Верно. — Он по-прежнему стоял между створками. — Хорошо бы выпить чего-нибудь.

— Почему тебе хочется выпить? — сказала Берта. — Прошу тебя, не надо на меня сердиться.

— Я не сержусь.

— Сердишься. Или будешь сердиться.

— Не буду,

— Ты меня перестанешь любить, — сказала Берта. — А если бы я стала твоей, ты бы разлюбил меня еще скорее.