Внезапно зазвонил телефон. Оборвав свое веселье, дежурный схватил трубку и приложил ее к уху. Он что-то крикнул, и в комнате воцарилось молчание. Затем он и адмирал обменялись возбужденными репликами по-японски. Фудзита мгновенно погасил ликование взмахом руки, что-то пролаял второму дежурному связисту. Тотчас же тот щелкнул какой-то рукояткой, и по всему кораблю вдруг завыли клаксоны. Сразу же за этим раздались гулкий топот сотен ног и хлопанье стальных дверей. Казалось, огромный корабль затаил дыхание, когда сотни вентиляторов вдруг замолчали, перестав гнать воздух.

Порох чуть повернулся к Эдмундсону и тихо сказал уголками губ:

- Тодд, это боевая тревога. Они собираются кого-то атаковать.

- Отлично, шкипер, - буркнул в ответ Эдмундсон. - Глядишь, кто-нибудь пустит их ко дну, даже если и мы с ними утонем за компанию.

Адмирал наставил скрюченный палец на Росса.

- Тихо! Может, вы нам кое-что сейчас растолкуете, капитан, - мрачно сказал он. - Что вы можете сказать про автожир? Что он тут делает?

- Где?

Адмирал нетерпеливо поморщился.

- В восьмидесяти милях западнее острова Атту.

- Я могу только предположить... Это скорее всего патруль Береговой охраны в Беринговом море, и это не автожир, а вертолет.

Нетерпение сменилось у адмирала яростью.

- Автожир! Вертолет! Береговая охрана! Чья это охрана? - рявкнул Фудзита и показал на дверь. - Уведите их, быстро.

- Но, адмирал, если это патруль Береговой охраны, то они вовсе не представляют собой никакой опасности, - начал было Росс, но его бесцеремонно вытолкали из каюты, а за ним и Эдмундсона.

Когда Порох вышел из каюты, то холодный воздух подействовал на него, словно удар кулака в солнечное сплетение. Порывы ветра швыряли ему в лицо мельчайшие частички льда и уносили вырывавшийся изо рта теплый воздух белыми лентами. Он с благодарностью кивнул головой, когда какой-то матрос накинул ему на плечи бушлат. Второй матрос подал перчатки и бинокль.