Стены остались позади, теперь они ехали мимо новых жилых домов, улица стала шире, и романтика кончилась. Жаклин еще несколько раз повернула в лабиринте переулков и, наконец, въехала в узкий проезд, отмеченный табличкой «Частное владение». Из маленькой сторожки вышел привратник, узнал машину и вернулся к своему обеду.

— Ничего себе! — изумилась Джин. — Я и не знала, что работа библиотекаря так хорошо оплачивается.

Подъездная аллея вела к целому комплексу частных домов, возникшему в результате новой планировки города. Единственный въезд для машин, через который они и попали сюда, охранялся от торговцев и незваных гостей. В отличие от более дешевых больших домов, в этом комплексе каждый блок состоял всего из четырех квартир, причем все здания были красиво рассеяны в живописном ландшафтном парке. Даже в самой бедной римской квартире всегда есть хотя бы один балкон; в этих же домах их было по пять, а то и по шесть. Пока они ехали по аллее мимо вечнозеленых кустарников и азалий, Джин увидела большой плавательный бассейн — под мягким светом затененных огней мерцала его сине-зеленая вода.

— Ничего себе! — снова вырвалось у Джин.

— Действительно, ничего себе. — Жаклин старалась втиснуть машину в щель между низко сидящим европейским спортивным автомобилем и «кадиллаком». — Не забивайте себе голову дурацкими идеями. У Лиз, кроме жалованья, есть и собственные доходы. Пошли, вы еще ничего не видели.

В доме был лифт, но он не открылся, пока Жаклин не вставила ключ в замок. Наверху лифт распахнулся прямо в холле квартиры. Это помещение с мраморным полом было больше, чем спальня Джин. Мраморный пол был и в салоне, служившем сразу столовой и гостиной и занимавшем всю переднюю часть дома. Одна выгнутая стена состояла сплошь из окон, два из них начинались от самого пола и открывались на длинный балкон. Сквозь стекло Джин разглядела множество цветов, расставленных в ящиках, вдоль балконной ограды — здесь были герани, плюбмаго и розы. А дальше виднелся бассейн, мерцающий, словно гигантский аквамарин.