Мы употребили совершенно беспримерные и чрезвычайные усилия, чтобы представить нашим читателям полный и точный отчет о трудах недавнего исторического съезда Мадфогской Ассоциации

Мы приводим письма нашего корреспондента в том порядке, в каком они были нами получены. Любая попытка придать им стройность единого целого только убила бы тот страстный тон, ту дикую подчас неукротимость, щедрую и яркую живописность, которые пронизывают все эти письма насквозь.

Мадфог понедельник, семь часов вечера

Мы все здесь в большом волнении. Только и говорят что о предстоящем съезде Ассоциации. В дверях гостиниц толпятся официанты и коридорные, ожидая появления обещанных гостей; многочисленные билетики, приклеенные облатками на окнах частных домов и оповещающие о том, что здесь можно остановиться на ночлег, придают улицам очень оживленный и праздничный вид, поскольку облатки эти — самых различных цветов, а однообразие печатных объявлений скрашивают почерки всевозможного характера и стиля. Доверительно сообщают, что профессора Снор, Доуз и Уизи заказали номер на три постели с гостиной в «Поросенке и Огниве». Я передаю вам этот слух, как он дошел до меня; но не могу пока еще поручиться за его достоверность. Как только я буду располагать какими-нибудь положительными сведениями об этом интересном предмете, вы, конечно, получите соответствующее сообщение.

Половина восьмого

Я только что возвратился после личного свидания с хозяином «Поросенка и Огнива». Он сообщает доверительно, что профессора Снор, Доуз и Уизи, весьма возможно, остановятся в его гостинице, но опровергает сообщения о том, что помер уже заказан; это заявление подтверждает и горничная — девушка бесхитростная и привлекательной наружности. А номерной считает вообще невероятным, чтобы профессора Снор, Доуз и Уизи здесь остановились; однако у меня есть основания полагать, что этот человек подкуплен хозяином «Настоящего Поросенка», конкурентом «Поросенка и Огнива».