предмета нашего обсуждения, которым является или, во всяком случае, должен являться, на мой взгляд, сам этот человек, ведь дело в том, что и его неясное происхождение, и неведомый путь, каким он проник в наши катакомбы, хоть и весьма интересуют собравшихся здесь и представляют собой трудноразрешимые загадки, но кажутся мне вопросами в какой-то мере второстепенными перед лицом общей проблемы, олицетворенным символом которой является данный индивидуум, а мы обсуждаем детали, мелочи, вместо того чтобы раскрыть глубокое значение единственного достоверного факта, которым мы располагаем, я имею в виду его решение жить в катакомбах, ни с кем не общаясь и слыша лишь глухое урчание городского чрева, которое, подобно чреву человеческому, выводит из организма шлаки в главную сточную магистраль, так сказать — прямую кишку, где и был обнаружен этот человек, — вот ключевой вопрос всей проблемы, и я, не утомляя вас без надобности обильными цитатами и экстравагантными теориями, хочу обратить ваше внимание на символическую сущность его поступка, во-первых, он ушел из мира людей, чтобы укрыться в гостеприимном, добром и щедром, можно сказать, материнском чреве, во-вторых, отверг пугающий образ себя самого, отражение которого он видел в глазах окружающих, и с помощью темноты избавился от изначального страха, какой испытывает ребенок перед зеркалом, и, наконец, он переориентировал свой слух, лишив себя в прямом и переносном смысле ушей, открытых шумам, возбуждениям и угнетающим воздействиям внешнего мира, ему достаточно слышать успокаивающее, баюкающее, ласкающее слух урчание материнского чрева, то есть, я хочу сказать, подводя итог своему выступлению, что он стремился возвратиться в зародышевое состояние!

голос : весьма заманчивое толкование, но оно не опирается ни на какие реальные факторы, лишь психоанализ мог бы осветить подобное редкостное явление!

я совершенно согласен с мнением, предыдущего оратора, с самого начала обсуждения мы слышим лишь предположения,