заметивший героя дня осторожно, не веря глазам своим, указывает на него сотоварищам, советуется с ними вполголоса

chuf, ma aareftih-ch?

chkun?

r-raxel gales aal ch-chil-lia!

fain hwa?

rah, rah hda t-tablá d-el-mualimin!

tbarak-allah, daba aad chuftu!

и тотчас получает ответ : ну да, ты прав, это марракчи, я его узнал, много лет тому назад он работал в сыромятне, кто затащил его в эти дальние края?

обрадованные, они беспокойно и нетерпеливо пытаются привлечь внимание героя дня жестами, зовут к себе, эй, друг. ты что, земляков не узнаешь?

бритоголовый великан сует два пальца в рот и издает оглушительный свист, который, как по волшебству, прекращает сумятицу : на великана обращаются взоры всех присутствующих, даже пещерный житель вроде пробуждается от спячки : еще наполовину одурманенный, глядит на улыбающихся туристов, и мало-помалу черты его лица оживают, глаза вновь обретают блеск и жизнь : толстые и недвижные, как на картонной маске, губы вдруг растягиваются в улыбку

он резко встает с кресла, сходит со сцены, прыгает вверх по ступенькам амфитеатра, попадает в распростертые объятья ближайшего из туристов, который радостно приветствует единоплеменника, четырехкратно лобызая его морщинистые щеки и едва сдерживая радостные слезы

los ahlan-wa-sahlan, fain kunti? ach had el ghiba? marhaba bik, s-salamu alikum

нараспев произносимые приветствия разносятся по залу

члены президиума и все присутствующие с изумлением наблюдают за этой радостной встречей членов единой семьи, и, когда предмет обсуждения уходит с вновь прибывшими, председатель уныло объявляет симпозиум закрытым

КАК ВЕТЕР В СЕТИ

сплошные дыры : гуляет ветер, и нигде от него не укрыться, полная бесприютность : голая равнина, сыпучие пески, сиротливое одиночество, вражда, ненависть,