Так состоялось мое первое и единственное знакомство с доктором Дюбуше.

Возможно, что образ Дюбуше, сохранившийся в моей памяти, был нарисован фантазией перепуганного насмерть мальчишки. Может быть, не было ни голубых, "эльзасских" глаз, грозно глядевших из-за стекол наимоднейшего парижского пенсне. Быть может, не было даже этого самого "пенсне - золотого с пружиной". А было только умное саркастическое лицо, показавшееся мне в ту минуту ужасным, как лик Петра Великого во время Полтавской битвы.

...Лик его ужасен.

Движенья быстры. Он прекрасен.

Не знаю, не знаю... Знаю только, что вскоре одесская полиция его арестовала, а затем выслала из России, где торжествовала реакция.

Так вот именно к этому человеку и поехали Инок и Ленин через весь Париж на метро, которое тогда еще не доходило до Порт-д'Орлеан.

Услышав рассказ Ленина о том, каких страстей наговорили про натертую ногу Инока, и бегло осмотрев ее, Дюбуше спросил:

- Так они советуют ампутацию?

- Да. Ампутацию, - ответил Ленин.

- А что это за врачи? - спросил Дюбуше.

- Наши, русские, эмигранты, социал-демократы.

- Революционеры? - спросил Дюбуше.

- Революционеры, - сказал Ленин.

- Так ваши товарищи врачи, - прорычал Дюбуше, - может быть, и хорошие революционеры, но как врачи - они ослы!

Таким образом нога Инока была спасена.

Ленин хохотал до тех пор, пока слезы не выступили у него на глазах, и потом часто повторял эту фразу, применяя ее к разным случаям эмигрантской жизни. Фраза Дюбуше стала у него поговоркой:

- Может быть, они и хорошие революционеры, но как врачи - ослы.

Ленин уже и раньше бывал в Париже и составил о нем определенное мнение: "Париж - город очень неудобный для жизни при скромных средствах. Но побывать ненадолго, навестить, прокатиться - нет лучше и веселее города".