"Значит, Борщ. Борис Борщ - хорошо звучит! Вот ловкач".

Звоню и прошу к телефону товарища Борща. Соединяют. Борис у телефона.

- Почему ты сразу мне не позвонил? Ведь ты знаешь, как я к тебе отношусь, я всегда готов помочь хорошему человеку. Неудобно? Что за пижонство. Неудобно, когда туфли жмут или когда штаны через голову надеваешь... Извини меня, Веня, но ты пижон и за свое пижонство страдаешь. Сколько у тебя дней зубы болят? И это тебе надо? Завтра пойдешь к моему племяннику Моисею. Зубной врач первой категории. Его бы в Кремлевку пригласили, если б не пятый пункт... Знаешь, полы паркетные, врачи анкетные... Но ничего, ему и у художников неплохо... Все знаменитости стараются к нему. Без пяти минут кандидат медицинских наук... У тебя что болит?

- Я же сказал, зубы.

- Я понимаю, что зубы... По поводу другой болезни обычно обращаются к урологу. Хоть можно и перепутать. Знаешь - грузин приходит к глазнику: "Доктор, памагыте. Кагыда сыцать начинаю, гылаза на лоб лэзут". Но шутки в сторону. Зубы бывают разные. Бывают резцы, бывают клыки, бывают коренные.

- Кажется, коренные.

- Коренные - значит тебе особенно повезло. У Моисейчика по коренным диссертация. Его у нас в семье Моисей-хухем зовут. Моисейчик-хухем... Умница... Скажешь - от дяди Бори, он тебя примет, как родного. Считай, что зубы у тебя уже не болят. Ну, а так что нового? Последний слыхал? Четыре еврея сидят на Марсе...

II

В большой приемной "у художников" было тесно от ожидающих своей очереди больных. Несколько, как и я, были с флюсами, одна дама то сидела, скорчившись, то начинала покачиваться, и от ее покачивания мой зуб днем начинал ныть совсем по-ночному. Обстановка неприветливая, друг на друга косят, меж собой не общаются, сидят тихо, господствующий звук - маятник настенных часов, да ветер, завывая, треплет за окном деревья. Глянешь влево - пятнадцать минут минуло, опять гля