Постучись вы к нему в дверь с истинной Спящей Красавицей на руках, так он лишь засуетится вокруг нее с подушечками да выразит надежду на то, что она хорошо выспалась. Нашел как-то зернышко - отковырял от одной древней окаменелости - и прорастил в горшке у себя в кабинете. Невзрачнейший сорняк, какой только на глаза может попасться. А говорил о нем так, словно Эликсир Жизни переоткрыл. Если и не произносил такие слова, то так себя держал. Одного этого бы хватило, чтобы вся каша заварилась, а тут еще эта экономка его старая - полоумная ирландка, у которой голова битком забита эльфами, банши да одному богу ведомо, чем еще.

Доктор снова впал в молчание. Из глубины деревни один за другим вспыхивали огоньки. Через горизонт неким светящимся драконом ползла длинная, узкая полоска света, обозначив путь "Великого Западного экспресса", украдкой подбирающегося к Свиндону.

- Это было совершенно из ряда вон,- продолжал Доктор, - совершенно из ряда вон - от начала до конца. Но если вы готовы принять объяснение старика Литтлчерри...

Доктор споткнулся о продолговатый серый камень, наполовину скрытый травой, и еле удержался на ногах.

- Остатки какого-то старого кромлеха, - пояснил Доктор. - Где-то здесь, если б мы копнули поглубже, то наткнулись бы на связку ссохшихся костей, сгорбившуюся над прахом доисторической корзинки с обедом. Прелюбопытные окрестности!

Спуск был каменистый. Доктор больше не заговаривал, пока мы не добрались до околицы деревни.

- Интересно, что с ними сталось? - размышлял Доктор. - Чудно' все это. Хотелось бы мне докопаться до истины.

Мы дошли до калитки Доктора. Доктор толкнул ее и вошел. Обо мне он, казалось, позабыл.

- Обаятельная плутовка, - донеслось до меня его ворчанье, пока он возился с дверью. - И всё, конечно, с самыми благими намерениями. Но что до всех этих небылиц...

Я собрал по крупицам информацию из совершенно расхожих версий, предоставленных мне Профессором и Доктором, а также, - относительно последующих событий, - опираясь на сведения, известные всей деревне.