В ящике лежал бумажник. Морлек вынул его.

— Подлый вор! — проревел Гамон и бросился на него.

Морлек нанес ему удар, и Гамон снова отлетел в сторону.

— Письмо здесь — спокойно продолжал Джемс. — И если вы теперь…

Но он не закончил фразы. Гамон заметил, как он обыскал бумажник, но кроме письма другого документа в нем не оказалось.

— Ну-с, нашли то, что искали? — насмешливо осведомился Гамон.

— Да, письмо в моем распоряжении, — ответил Джемс. — И этого мне достаточно. — С этими словами Морлек бросил бумажник на место в ящик. — Можете позвать полицию, я ничего не имею против того, чтобы встретиться с нею. Можете подать на меня жалобу.

Гамон молчал.

— Если ваш араб окажется болтливым, то вам придется плохо.

Гамон по-прежнему хранил молчание. Морлек повернулся и удалился. Гамон посмотрел вслед ему в окно и снова погрузился в размышления. Мысли его снова вернулись к исходной точке, Джоан Карстон… Джоан Карстон!.. Она была замужем. Лидия сказала ему, что Джоан помолвлена с Морлеком, и он посмеялся над этим утверждением, Неужели в самом деле в Морлеке таились препятствия для осуществления его замысла? Если бы он знал об этом…

На следующее утро Гамон выехал в Лондон встретить Лидию. Лидия прочла в газетах о смерти Марборна, и это известие взволновало ее.

— Что случилось, Ральф? — спросила она после того, как они уселись в машину. — Как все это ужасно! Неужели его убил какой-то араб? Тебе ничего об этом неизвестно, или ты что-нибудь знаешь?

Она прикоснулась к его руке и испытующе поглядела на него.

— Ведь ты непричастен ко всему этому? Какой ужас! Нет, нет, ты не мог этого сделать!

— Ты становишься истеричной, Лидия, — спокойно заметил Ральф. — Разумеется, я ничего не знаю о смерти этого бедняги и тоже был очень огорчен, когда узнал об этом. Не хочу утверждать, что он был мне симпатичен, особенно после того, как стал таким навязчивым по отношению к тебе, но…