— Разве вам не приходила в голову мысль, что Марборн был смертельным врагом Морлека? — спросил Гамон. — Неужели вы не обратили внимания на то, что Марборна нашли мертвым возле его дома?

— Об этом я много думал, но, на ваше несчастье, эта теория не выдерживает критики. Во время убийства несчастного Марборна Морлек безотлучно находился возле меня. Кроме того, бесследно исчезла сумочка, находившаяся у Марборна на теле под одеждой.

На мгновение лицо Гамона исказилось от ужаса, но он быстро овладел собой.

Уэллинг никогда еще не видел Гамона в таком состоянии.

— Неужели вам это неизвестно? — осведомился Уэллинг. — В таком случае довожу до вашего сведения, что ваш посланец похитил документ.

— Мой посланец? Что вы хотите этим сказать? Я бы посоветовал вам быть поосторожнее в выражениях. Неужели вы воображаете себя настолько всемогущим, что позволяете себе такие выходки?

— А вы думаете, что удача сопутствует вам и вас никогда не удастся водворить на виселицу? — в свою очередь осведомился невозмутимо Уэллинг. — Но хватит об этом, Гамон. Я хочу выяснить реальное положение дел. Действительно ли Марборн шантажировал вас и вымогал деньги? У вас не будет неприятностей, если предоставите мне доказательства этого. Слоон также подтвердил это в своем показании.

Гамон пожал плечами.

— Меня не интересует то, что вам наболтал Слоон. Я могу лишь подтвердить свои слова. Этот несчастный взял у меня взаймы для того, чтобы открыть свое дело. Если у вас имеются доказательства, что это не так, то буду очень рад ознакомиться с ними.

Уэллинг знал, что подобных доказательств не существовало, и снова перешел в наступление.

— За последнее время вы послали в Марокко на имя Сади Гафиза большое количество зашифрованных телеграмм. Я имею в виду одну из тех телеграмм, в которой шла речь о некоем Али Гассане. Кто такой этот Али Гассан?

И снова страх мелькнул в глазах Гамона, но он овладел собой и ответил: