Из-за чеченских событий нижние окна здания были забраны противогранатной сеткой. Власть предержащие заботились о собственной безопасности. У входа торчал прапорщик в оливковой форме с васильковым кантом, его плечо оттягивал АКСУ. По краям ведущей к воротам рампы были уложены бетонные блоки, раскрашенные в веселую оранжево-белую полоску, с торца этого «аппендикса» был установлен шлагбаум, а перед самыми воротами красовалась будка, за стеклами которой виднелся еще один автоматчик. Ближние и дальние подступы к объекту бдительно осматривали подвешенные на кронштейнах снаружи здания видеокамеры. Стекла в окнах были размещены под углом к плоскости здания, дабы затруднить процедуру подслушивания при помощи спецаппаратуры представителям ОБСЕ, дипкорпуса и прочая, и прочая… Для того, чтобы попасть в здание, нужно было пересечь небольшой внутренний дворик, выход из которого блокировался автоматическими воротами, Высокие и узкие окна галереи второго этажа представляли собой прекрасные бойницы, из которых обороняющиеся могли бы со вкусом расстреливать атакующих. В общем, управление на скромные деревянные рублики нищих налогоплательщиков было наскоро переоборудовано в небольшую крепость, проникнуть в которую было весьма не просто. У входа в здание была установлена будка с «внутренним» телефоном по которому посетители могли позвонить и вызвать того, к кому они явились, после чего затребованный обитатель «фортеции» при желании мог заказать гостю пропуск, а мог просто послать его по тому же телефону. На тот случай, если у кого-нибудь возникнет желание поиграть в телефонного террориста, будка стояла на прослушивании.

Давыдов набрал номер Сухова, Как только абонент ответил, в трубке что-то явственно щелкнуло. Давыдов сообразил, что разговор пишется, охрана крепости ела свой хлеб не даром. Повезло, он сразу же вышел на Дениса.