— Стоп!!! — шепотом заорал сотник. — Это не те!

Джип с опознавательными знаками итальянского контингента прошел мимо замерших алтинцев, затем красные габаритные огни стали удаляться.

И в тот же момент одинокая фара высветила белую щебенку серпантина, на повороте появилась черная рыбья туша бронетранспортера, а позади него заплясало светлое пятно от еще одной боевой машины.

— Ждать! — вполголоса командовал сотник. — Ждать!

Наконец, итальянский джип исчез за левым поворотом.

Сотник включил рацию и отдал короткую команду. С хребта холмистой гряды взлетели в воздух две ракеты, красная и зеленая, бросая свет во все концы Плешинской Горсти, давая знак всем, кто ждал этого знака.

Из зарослей на склоне к первому бронетранспортеру протянулась дымная указка. Двое или трое солдат инстинктивно соскользнули на землю, остальных огненный мячик взрыва раскидал в стороны, как сухую солому.

Лес ожил. Злые слепящие огоньки расцветили склон.

Горящая машина повела башней, и крупнокалиберный пулемет вырвал из подлеска длинную узкую полосу зелени.

Второй бронетранспортер рывком остановился и сдал назад, загораживаясь скалой, как щитом. Предназначенный ему реактивный снаряд ушел в пустоту и через секунду взорвался где-то на другой стороне ущелья.

Солдаты под командованием сержанта ссыпались с брони и бегом бросились назад по дороге. Затем они свернули в лес, вверх по безлюдному склону, чтобы обойти засаду сверху.

Точно так же поступили и Тайга с итальянцем, обходя нападавших с другой стороны.

Из-под днища горящего «бэтээра», ошалело крутя головой, выполз Охрименко, дотянулся до «калаша» одного из убитых солдат и залег за передним колесом, короткими очередями отстреливаясь по автоматным вспышкам.

Второй бронетранспортер снова высунулся из укрытия и нашпиговал склон свинцом.