История

В прошлом году пресса нашего городка смаковала дело некоего

Николая Жарова. Одна газетчица назвала Жарова "самым дерзким преступником последних времен", другая пересказала протоколы из его папки с продолжением под рубрикой "криминальное чтиво", третья включила Николая в число лучших преступников года наряду с главным налоговиком области, получившим, как известно, рекордную взятку

Федерального округа. Что же так возбудило всех этих девушек?

Николай жил в пригородной деревне Нижняя Китаевка и был там кем-то вроде вождя племени или старосты. Аборигены приходили к нему за справедливым решением своих проблем и левой водкой, которой торговала его жена. Первый свой срок он получил ещё в малолетстве, а всего провел в заключении около пятнадцати лет. Жаров старше меня на полгода. Получается, что, за вычетом детства, он жил в неволе ровно половину жизни. К тому времени, о котором хлопотали газеты, он был женат вторым браком на Надюхе, молодой девке из деревни Волохово, также кое в чем замешанной. От Надюхи у него было двое крошечных, носастых, любознательных детей, точь-в-точь похожих на отца, мальчик и девочка. А старший сын от первого брака жил на другом конце деревни, он уже вернулся из армии.

В 2000 году Жаров и его младший коллега Коншин решили ограбить бабушку, у которой, по наводке, хранились иконы XVII века.

Обходительный Николай представился по телефону работником горгаза и попросил утром открыть ему дверь для осмотра оборудования. Бабушка согласилась, но на всякий случай позвонила дочери на работу и рассказала о разговоре. Дочь строго-настрого запретила открывать дверь незнакомым людям.

Разбойники, вооруженные монтеровкой и газовой копией пистолета

Макарова, переделанной для стрельбы настоящими патронами, зашли в открытый подъезд девятиэтажного кирпичного дома по улице Макаренко, рядом со школой милиции. После террористических взрывов в Москве и