Однако мальчики как ни старались, но стали отставать от привычного к такого рода путешествиям норвежца и попросили его убавить шагу. Тот улыбнулся и пошел тише.

— Что это такое? — вскричал вдруг Гарри, заметив на снегу многочисленные следы каких-то крошечных животных.

— Это следы песцовки, — ответил Христиан.

— Что такое? Что он говорит? — переспросил Гарри.

— Он говорит, что это следы песцовки, — сказал Стюарт. — Немногие знают этого интересного зверька. Это род пестрой мыши. Она известна также под именем «пеструшки» за ее белую с черными пятнами шкуру. Она очень смела, и любит идти напрямик и часто переплывает даже реки.

— Вот как! — вскричал Гарри. — Но каким же образом?

— Самые старшие и сильные из них бросаются в воду и делают из себя под живого моста, по которому и переплывают все остальные.

— Вот удивительные зверьки! — воскликнул Гаральд. — Значит, они умные?

— Да. Но всего удивительнее, что то же самое проделывают и вест-индские муравьи. Я не раз читал об этом.

— Муравьи! — с удивлением вскричал Гарри. — Такие крошечные насекомые! Да разве это возможно?

— Вы забываете, Гарри, что муравей — одно из самых умных насекомых, притом вест-индские муравьи гораздо крупнее наших.

— Вот чудеса-то! — воскликнул Гарри.

— Песцовка падает с неба, — вдруг проговорил Христиан.

— Что еще бормочет этот норвежец? — спросил Гаральд.

— Он говорит, что песцовка падает с неба, — перевел, улыбаясь, Стюарт, начиная уже понимать норвежский язык и немного говорить на нем.