Юрок

Когда злогребучая судьба занесла меня на стоянку, я горевал и недоумевал. А теперь привык. Привык исполнять минимальные функции и цепенеть. Мне уже не хочется дергаться, даже шевелиться не хочу. Хочу сидеть, сидеть и все больше замирать, пока не растворюсь в этом загазованном воздухе.

На стоянке надо быть в девять тридцать. Доезжаю до “Маяковки” (новый выход) забегаю в продуктовый в Оружейном переулке, покупаю что-нибудь на завтрак и маленькое молоко для кофе. Перекуриваю и смотрю на очередь менеджеров “Билайна” – юноши и девушки, они стоят в зной и холод и под дождем, ждут корпоративную маршрутку. Потом бегу по аллее и смотрю, как таджики специальной трубой сдувают листву с травы. Они похожи на космических пришельцев. И мне вдруг представляется, как они сдувают этими трубами всех нас – мужчин, женщин и детей. Белозубо улыбаются, глядя, как у наших девушек задираются юбки, как дети катятся кубарем…

Принимаю смену от “ночного”, записываю информацию о “левых” машинах и свободных местах, потом пересчитываю деньги в поясках и проверяю по блокноту, какие машины сколько должны.

– Ну, скачи на заставу, поднимай людей, – шутливо говорю я помятому после ночи сторожу и жму ему руку.

Сижу в будке один. Все утренние машины разъехались. От нечего делать я балуюсь шлагбаумом, будто впускаю и выпускаю что-то невидимое.

Вот трусит на пробежке дед, значит, уже десять тридцать. Он в дорогом спортивном костюме, шерстяной поясок “Адидас” на седой голове. Он бежит, ссутулившись, энергично подкидывая колени. Я завидую пенсионерам: у них уже нет ответственности за будущее, и деньги пенсиона капают. Навстречу деду из подворотни у ночного клуба “WHO is WHO” трюхает с двумя фляжками Юрок, и я, впервые за все это время, удивляюсь природному изъяну – дедок, всемерно укрепляющий здоровье, и молодой мужчина Юра, всеми силами это здоровье уничтожающий, точно у него работа такая – наносить организму наибольший вред. Он нервно ждет, когда проедут машины.