— Король Ян Собесский.

— Король Сигизмунд Первый, старший.

— Король Стефан Баторий.

Янкель сидит в подушках, совершенно ошеломленный явлением таких высоких гостей, и с растерянной улыбкой на губах просит:

— Не надо представляться. Я вас знаю. Помню наизусть. Вы, ваше сиятельство, король Ян Собесский. Родился в 1629 году, умер в 16… О, извините, я ничего плохого не имел в виду… так в учебнике истории написано.

Короли понимающе переглянулись, а уязвленный король Ян Собесский лишь пожал плечами, закованными в латы:

— Какой спрос с плебея… да еще нехристя к тому же? Скажи твое презренное имя.

Янкель, как в гимназии учителю, почтительно сообщил:

— Янкель! Лапидус Янкель.

— Янкель? — удивился король Ян Собесский. — Что за имя? С таким именем далеко не пойдешь в королевстве польском. Почему бы тебе не называться Яном? Не Янкель, а Ян! Как я! Король Ян Собесский!

— Я спрошу у мамы, ваше сиятельство… — прошептал Янкель. — Если она позволит…

Праведный гнев вспыхнул на лице короля Стефана Батория. Он стукнул мечом об пол, так что на стенах закачались в рамах портреты пани и пана Лапидус.

— Что слышат мои уши? Спросить у мамы… В твои годы я уже скакал на лихом коне и рубил мечом от плеча до седла. Хрясь! Пополам! Хрясь! Пополам! А он… Тьфу! Спросить у мамы…

— Простите, ваши сиятельства, — взмолился Янкель, — если я, недостойный, что-нибудь не так сказал… Но разве такой уж грех — любить свою маму?

Король Ян Собесский смерил его уничтожающим взглядом: