Может, конечно, предложенный пассаж с «Рыбаком» — классический конспирологический перебор: Качинский, несомненно, наперёд рассчитывая свои атаки, просто использовал звучную фамилию адресата посылки в своей шестой атаке. Тем более, что профессор, являвшийся её подлинной целью, снова носил фамилию Вуд.

Впрочем, в большинстве случаев "критериями отбора" жертв служили их заслуги на ниве технологии или психологии…

Из 16 бомбовых атак, проведённых Качинским, только 2 были пресечены. 3 из них оказались со смертельным исходом, остальные нанесли ранения различной тяжести в общей сложности 11 человекам (не считая 12 — или 18 по другим источникам — отравленных пассажиров "Боинга 727").

Тед Качинский, он же FC, он же Унабомбер — восхитительный пример замкнутой (более или менее, но замкнутой) самосовершенствующейся системы. Если над останками его первых бомб специалисты из ФБР презрительно похмыкивали и крутили пальцем у виска, то его поздние взрывные устройства заставляли их делать непроницаемые лица, за которыми скрывалось раздражение, беспомощность и даже отчаяние. Подобно стокеровскому Дракуле, оказавшемуся в чуждом для него мире и на первых порах совершавшему нелепые ошибки, Качинский совершенствовал технику своего «взаимоотношения» с обществом — его теракты становились всё более действенными и мощными.

Усердию Качинского можно только позавидовать. А какое дьявольское терпение! Семнадцать лет, считая от первой бомбы, или вообще двадцать четыре года, считая от начала отшельнической жизни, Качинский планомерно шёл к своему триумфу, к своей — пускай и краткосрочной — победе над системой.

19 сентября 1995 "The Washington Post" и "New York Times" опубликовали его статью "Индустриальное общество и его будущее", известную в народе как Манифест Унабомбера.