Наконец избранница перестает биться в моих руках, и по ее движению я чувствую, что она хочет вступить в диалог. Я отпускаю ее рот - не талию, которая по-прежнему в капкане моей железной руки, - и слышу:
- Кто вы такой, что вам нужно? - судя по голосу, она смертельно испугана и сбита с толку. Голос у нее вполне интеллигентный и я облегченно вздыхаю. Поведение интеллигенции, в общем, предсказуемо.
- Ничего, мадам, абсолютно ничего мне не нужно, - отвечаю я, - ни золота, ни бриллиантов. Ни жизни вашей. Я не насильник и уважаю чужую свободу и право выбора. Если вы мне скажете уйти, - я уйду. Но прежде прошу вас меня выслушать, - меня разбирает смех от собственных слов, и я едва сдерживаю улыбку
- У меня нет золота, - говорит она. - Уходите, я не хочу вас слушать. Я позову милицию.
- Это совершенно невозможно, мадам, - говорю я. - Я не дам вам сделать ни шагу... - рука моя быстро опускается с талии и оказывается у нее в промежности - приятно горячей и кудрявой.
- Ай! - тихонько вскрикивает женщина, и этот беспомощный вскрик жертвы привычно и безотказно возбуждает меня. Теперь она понимает, что мне нужно, и ее трясет, будто под током.
- Вы не смеете, вы не смеете! - повторяет она свистящим шепотом, обхватив руками мою беззастенчивую руку, пытаясь вернуть себе то, чем я завладел. Но в ее движениях нет решительного протеста, и я продолжаю:
- Я бы не посмел, мадам, если бы не видел, как вы занимались рукоблудием. Где ваш мужчина? Почему вы одна? Такая женщина!
- Я не одна.