— Так у вас остались еще дети? — немедленно оживился Дима.

— Младший сын, Валерий, — с неудовольствием ответила она. — Весь в папу. Пошел по его стопам — постоянно мечется с континента на континент, благо, у него хватило ума не обзаводиться семьей. Ему шестьдесят пять, и он проживает вместе со мной.., когда не исследует джунгли и не копается в могильниках.

— Братья ладили между собой? — поинтересовался Дима.

— Иван ни с кем не ладил, — с оттенком гордости поведала старуха. — Он был красивым, гордым, умным и весьма несговорчивым. Мало с кем мог найти общий язык. Люди завидовали его целеустремленности, его успехам и считали его надменным. С женой, с этой курицей Дарьей, он был терпелив, как ангел, она же считала его деспотом. Все из-за детей. Дети находились с ним в постоянной конфронтации.

«Наверное, тот еще был тип!» — про себя подумал Дима, а вслух спросил:

— Дети — это те самые внуки, с которыми мне надлежит найти точки соприкосновения?

— Именно. У меня два внука — Аркадий и Юрий. Первому — сорок три, второму — сорок один. Есть еще внучка Соня, но она удалась в своего дедушку — такая же придурковатая. Несколько лет назад заявила, что обладает даром предвидения, и с тех пор никому не дает проходу, все время предсказывает какие-то гадости. Ее муж Роман — жалкое существо, живущее за счет наших мелких подачек.

— Чьих это — ваших? — немедленно спросил Дима.

— Моих и Сониных братьев.

— Они богаты?

— Нащупываете мотив? — хмыкнула Анисья Петровна и дернула плечом. — Нет, никаких особых богатств у нас нет. Ни фамильных драгоценностей, ни недвижимости за границей.

— А французское наследство? — позволил себе усомниться Дима.

— На французское наследство я и существую. Мой муж постоянно твердил, что оставит нам громадное состояние, но это оказалось.., преувеличением, мягко говоря.