– Да кто же днем даст нам там осмотреться?! – удивленно воскликнул Никитин и взглянул на Шулманиса, как на ничего не соображающего младенца. – Вот сейчас – самое время.

Марис открыл рот, потом закрыл, затем сказал что-то типа «э… ну… э…» и согласился. А что ему еще оставалось делать? Человек, причем полковник ФСБ или чего-то там еще подобного, предлагает реальную помощь.

– То есть вы считаете, что мы должны прямо сейчас…

– Конечно. Вон Наталья почти не употребляла, в основном сливки пила, может за руль сесть. Менты знают, что бабы за рулем обычно всегда трезвые ездят, это мы, мужики, можем себе позволить. Если увидят, что баба двух мужиков везет – нас с тобой, Марис, – навряд ли остановят, ну а если остановят… Что ж, придется представиться младшим братьям.

Марис кивнул.

Дядя Саша тем временем попросил описать подступы к заводу и все, что Марис успел там увидеть. Выслушав Шулманиса, Никитин заявил, что придется заехать к нему домой: за кое-каким оборудованием.

– У меня много интересных штучек с собой, – признался Марис. – Друзья есть во всяких конторах, снабжают новейшими достижениями техники…

Дядя Саша попросил Мариса показать, что у того припасено, одобрительно кивал, рассматривая орудия труда криминального журналиста, но заметил, что кое-чего важного все-таки нет.

– А что надо? – подала голос я.

– Ну, альпинистское снаряжение, например. Не все, конечно… Крюк, веревку… Не забывайте, друзья мои, ночь: ворота могут быть закрыты, да и не надо нам через ворота. Я предпочел бы с заднего хода, так сказать.

– Должен, наверное, быть какой-нибудь лаз, – заявила я. – Народная тропа. Раз там разливают огненную воду…

Дядя Саша кивнул, заметив, что я высказала очень мудрое замечание. Народная тропа должна быть обязательно, но совсем необязательно, что мы ее сейчас найдем: мы отправимся туда, когда время прохождения каравана уже закончится. И нам не нужны свидетели. А поэтому понадобятся средства для переброски отряда через препятствие.