— Значит, в сквере у Большого театра, — повторил незнакомец, — Вы будете добираться, вероятно, минут тридцать. Но только не вздумайте что-либо сказать своей маме, вы ее взволнуете и принесете только вред.
— Хорошо, — повторила Леночка. — Я все поняла. Буду у Большого театра через тридцать минут.
Леночка надела в передней пальто и зашла в кухню.
— Кто это звонил? — спросила Мария Сергеевна.
— Один знакомый, — сказала Леночка.
— А куда это ты собралась?
— К нему и собралась, — сказала Леночка. — Мне надо с ним увидеться.
— Что это уж и за знакомый? — удивилась Мария Сергеевна. — Такая скоропалительность!
— Это деловое свидание, — уклончиво отозвалась Леночка, натягивая перчатки.
— А Павлик? — напомнила Мария Сергеевна.
— Что “Павлик”?
— Вы, кажется, уговаривались пойти в кино?
— Это не обязательно… — Леночка слегка улыбнулась. — Подождет… — Она помахала на прощанье рукой. — Не беспокойся, скоро вернусь!..
И покуда Леночка едет в поезде метро от станции “Университет” до станции “Проспект Маркса”, придется сказать несколько слов о Павлике, поскольку он играет в этом рассказе тоже немаловажную роль.
Автор несколько отступил от истины, сказав, что семья Ковригиных состояла всего из двух женщин, — к моменту, с которого начинается наш рассказ, она снова почти что уже состояла из трех человек, и этим третьим был Павел Павлович Успенский, или Павлик, как звали его и сама Леночка, и его будущая теща.
Павлик был несколько наивен, упрям, иногда заносчив и даже грубоват, но тем не менее он сразу же понравился Марии Сергеевне, когда Леночка привела его в дом и представила матери. Наивен и упрям, но не потому, что недалек, а потому, что честен; заносчив и грубоват, но не потому, что самовлюблен, а потому, что убежден в своей правоте… Да, понравился! Ему не хватало, конечно, и жизненного опыта, и осмотрительности — ну а кому хватает их в двадцать семь лет?