Сам же я, тем не менее, не очень верю в их подлинность, и предпочитаю видеть в них замысловатые сказки, которыми любил играть стариковский ум, располагая свою прошлую жизнь в орнаментальных перспективах. События, о которых он рассказывает, и черты, которые он приписывает себе, представляют странную смесь выдумки и истины. И то и другое чувствуется в них, и сочетание их не лишено искусства. Я ценю забавность этих приключений, другие быть может откроют в них и смысл и значительность, я же предпочитаю вслушиваться в их интонацию и представлять себе аллегорически человека в маске, играющего на флейте, в сумерках, под арками боскета из остролистника и роз.

2. ПРИКЛЮЧЕНИЕ МОРСКОЕ И ЛЮБОВНОЕ

Мое беспокойное детство быстро сменилось трудною юностью, но это можно было простить, так как благодаря ей я семнадцати лет очутился на борту "Несравненного", на котором развевался флаг вашего дяди Адмирала. Эскадра готовилась уже к отплытию, когда отец привез меня в порт. Из гостиницы я следовал за ним по улицам, и он иногда оглядывался, здесь ли я, потому что боялся какой нибудь выходки с моей стороны и возможности потерять случай от меня отделаться.

Набережные кишели. Крючники, согнувшись под тяжестью ящиков, проходили, расталкивая толпу. Нас затирали и толкали. Пот струился с загорелых лбов, и слюна пенилась на углах губ. Крепкие боченки пучились на каменных плитах, рядом с толстыми осевшими мешками. Приходилось прыгать через цепи и путаться в канатах. Длинные сходни, перекинутые с кораблей на землю, гнулись по середине под шагами грузчиков. Корабли переполняли гавань. Там и здесь среди перекрещенных рей вздувался поднятый парус, и мачты еле заметно двигались в синеве неба. Тут было сборище всевозможных кораблей, раскрашенных в красный, в зеленый, в черный цвет, сверкающих лаком, тусклых и стертых.