Она посмотрела на меня скептически.
– Ну, говори.
– Хорошо. Ты готова? Вот оно! – и растягивая каждое слово, я произнес:
– Великолепный… Марли… Черчилльский… Собственность Грогэнов. (Черт, подумал я, это звучит по-королевски!)
– Слушай, по-моему, это звучит по-дурацки, – отрезала Дженни.
Но мне было все равно. Мне выпала честь вести всю бумажную работу, и я уже вписал имя. Чернилами. Дженни может ухмыляться сколько угодно, но через несколько лет Великолепный Марли Черчилльский, собственность Грогэнов, соберет все лавры на выставке Вестминстерского клуба собаководов. Тогда я важной поступью пройду с ним круг почета перед очарованными телезрителями всего мира, и мы посмотрим, кто еще посмеется.
– Ладно, глупенький мой герцог, пойдем завтракать, – предложила Дженни.
ГЛАВА 3
Связь с домом
Пока мы считали дни до того момента, когда сможем принести Марли домой, я запоздало принялся штудировать литературу по лабрадорам. Я сказал – запоздало, потому что практически все источники, которые я прочел, настойчиво рекомендовали: «Прежде чем покупать собаку, убедитесь, что вы достаточно знаете о породе и представляете себе, во что ввязываетесь». Упс!
Например, обладатель городской квартиры вряд ли уживется в ней с сенбернаром. Семье с маленькими детьми нежелательно брать непредсказуемого чау-чау. Домоседку, выбирающую декоративную собачку, которая бы часами сидела на коленях, пока хозяйка смотрит сериалы, свела бы с ума колли, которой для полного счастья необходимо резвиться и много бегать.
Я со стыдом признал, что перед тем как остановиться на лабрадоре, мы с Дженни не навели никаких справок. Мы выбрали породу только по одному критерию: по зову сердца. Нередко мы любовались тем, как эти собаки бегают за велосипедами хозяев по дорожке вдоль Берегового канала – крупные и подвижные, они были одурманены жизнью и любили ее страстно, что нечасто встретишь в нашем мире.