Олег подошел к соседке. На Розе сегодня ситцевый сарафан, который ей очень идет, и красные босоножки.

- Вот эту, что ли?

- Эту.

- Дай справочник.

Олегу всегда приятно делать что-нибудь для Розы. Да и она охотнее всего обращается именно к нему.

- Линейку. Карандаш.

Олег командовал, как хирург во время операции, чувствуя удовлетворение от того, что сразу нашел нужное решение. Он склонился над столиком. От Розы ненавязчиво пахло приятными духами.

- Возьми пока вот этот интеграл.

Роза стала послушно рыться в справочнике. В КБ ее не любят и боятся. За удивительную способность по поводу и без повода высказывать свое мнение. Причем Роза это ухитряется делать в какой-то ультимативной форме, резко, даже с раздражением. Допустим, пришел Синеоков в пестром галстуке, Роза не стерпит, обязательно выскажется по этому поводу.

- Я бы никогда не надела такой галстук, - скажет она сердито. - Это вульгарно.

Или тогда, на профсоюзном собрании. Дом уже был заселен, споры прекратились, а она возьми и выступи:

- А я бы не так эти квартиры распределила. Зачем Ивлеву трехкомнатная секция? Ну и что из того, что он комсорг? Комсорг должен сначала о людях беспокоиться, а потом уже о себе. Жирно слишком на троих три комнаты, когда люди живут по частным квартирам. Почему Гусеву не дали комнату, а дали этому оболтусу Синеокову?

И пошла, и пошла. Синеоков потом с месяц дулся на Гусева, хотя он тут абсолютно ни при чем.

- Спасибо, Олежка. Мне бы с ней весь день возиться. Что у тебя сегодня такой надутый вид? Ты не заболел? Или с хозяйкой поссорился? Они тебя дочкой не соблазняют? Смотри, а то еще женят. Дать тебе совет? Никогда не становись на квартиру, где дочка невеста. Сколько вашего брата квартиранта на этом погорело, ужас. Так дать таблетку от головной боли?

- Спасибо. Я себя хорошо чувствую.