– Эти халтурщики могут запудрить мозги кому угодно. И даже вице-президенту.

– Может, не надо бросаться словами, а? Халтурщики, запудрить…

– Словами бросаются они. А мы с вами будем бросаться деньгами и хорошими людьми.

– Но поймите, даже если бы я был с вами согласен…

– А вы не согласны?

– Хорошо, несмотря на то что я с вами согласен, мы ничего не можем сделать. Мы вообще должны были только выполнять то, что нам было сказано. Даже я не могу это изменить. Никто не ожидал, что вы начнете чуть ли не целое расследование.

– Значит, если нам скажут заставить наших инженеров копать ямы, они будут копать?

– При чем тут это? Вас же не просят делать неквалифицированную работу.

– Меня просят делать идиотскую работу. И я не понимаю, какова моя роль в этом случае. Да и ваша тоже. Я не для того поставлен управлять работой сотни людей, чтобы бездумно передавать любые распоряжения. И я всегда считал, что у вас такие же взгляды. У нас, в конце концов, бизнес, а не армия.

– Ну, хорошо, что вы предлагаете? Обговорить это с ними?

– С ними можно разговаривать только через мегафон, сидя на танке. Надо идти вверх. Если Мур согласен с этим бредом, надо обращаться к его начальству.

– И?..

– И рассказать, чем для нас чреват этот проект.

– Вы понимаете, каких врагов вы себе при этом наживете?

– Они меня и так не любят.

– Они-то не любят, но Мур пока что даже не знает вашего имени.

– Узнает.

– И что будет, когда лично Винтер велит вам выполнять полученные указания?

– Не знаю. Работа есть не только в нашей компании.

– Даже так?

– Даже так.

– Хорошо… Хорошо… Рискуйте. Только помните – я вас на эту беседу не уполномочивал.

– Но вы и не запрещали ее проводить, верно?

– Нет. Скажем так… Мы с вами обсудили этот вопрос, я нашел ваши возражения достойными внимания и попросил вас еще поработать над этой темой. А вы на свой страх и риск решили действовать через три, нет… через четыре головы.