- Добрый день. Прошу прощения , вы не подскажете, что это за станция?

- День добрый. - человек посмотрел на Матвея сквозь сильные очки, снял и протер их, водрузил на место, снова посмотрел на него так, будто встретил инопланетянина или, скажем, президента Соединенных штатов. - Что за станция, говорите? Да понятия не имею, честно говоря. Да и какая разница? Ведь, если станция есть, и рельсы разъезженные, значит, что-нибудь да придет. Хотя за все время, что я здесь сижу, ничего не проезжало. Вообще ничего.

- Странно. - Матвей подошел к одному краю платформы, к другому, убедился, что рельсы действительно отшлифованы до блеска. Обратил внимание, что имеется и запасной путь, правда, заржавленный и поросший бурьяном. - И как вы предполагаете, какой-нибудь поезд будет?

- Непременно! Весь вопрос в том, хотите ли вы куда-нибудь уехать. Если хотите - то, рано или поздно, поезд, конечно же, придет. Если же нет, то я просил бы вас покинуть станцию, чтобы не мешать уехать мне. Хотите уехать?

"Странный старик - подумал Матвей, - чушь какую-то городит. Хочешь - не хочешь, а поезда либо ходят, либо нет. Светофор горит зеленым. Значит, поезд будет."

- Конечно, хочу. - ответил он вслух.

- Вот и славно! - обрадовался странный дачник. - А, простите мне мою назойливость, папироской вы не богаты?

- Богат. - ответствовал Матвей, протягивая пачку сигарет. Закурили, помолчали. Затягиваясь, Матвей разглядывал предвечернее небо, полное кучевых облаков самой причудливой конфигурации. Воздух был прозрачен абсолютно, синева небес бездонна, а облака столь плотны, что казались весьма увесистыми горами, ну, скажем, снега, зависшими в небе по прихоти художника-сюрреалиста.