– А может, это охранник? Остался на ночь. Заняться было нечем, вот он и позабавился.

– Предположим, ты «позабавилась». И куда ты пойдешь с этой штуковиной? Продавать же на рынок не отнесешь. А чтобы найти покупателя, надо время.

– Так ты вкладывал деньги, не зная, сможешь продать ее или нет?

– Я – это я. У меня связи, знакомства, авторитет. Заказчика у меня не было, но когда я увидел этот фаллос, меня всего передернуло. Столь огромных камней я еще не встречал. Этот камень будто из сказки. Он размером с мизинец и огранен очень хорошим мастером. На нем нет сколов или трещин, он был в идеальном состоянии, так и просился в руки. Не знаю, где он теперь. Больше всего я боюсь, как бы его не распилили. Слишком это приметная вещь. Слушай, я смотрю, язык у тебя подвешен. Наверное, я найму тебя на работу. Надо только определить, во что обойдутся мне твои услуги?

Дарья в первый раз задумалась над столь важным вопросом. Сумма гонорара – вещь важная не только в том случае, когда ты раздвигаешь ноги.

– Сто долларов в день плюс бензин… Нет, плюс расходы.

– И что же – трахаться мы уже не будем?

– Извини, с сексом двести долларов.

– Я таких красивых и умных шлюх еще не встречал.

Она стала шутливо душить его.

– Запомни, я не шлюха, я куртизанка.

– Тогда и ты запомни, куртизанка, в случае неудачи ничего не получишь.

Дарья не могла с ним не согласиться.

Как и ожидалось, опрос охранников ничего не дал. Дарья подсчитала, что на разговоры с двумя Колями и двумя Викторами у нее ушло почти семь часов.

Она успела поговорить за это время не только о деле, но и о погоде, об их работе, о своем фактическом безделье, которое еще продолжало называться учебой, об оружии, которое при них постоянно. Кроме того, ей сделали два предложения встретиться где-нибудь как-нибудь, но она отвергла оба.

Вообще все охранники успели отдежурить в ночь за прошедшую неделю, все утверждали, что не оставляли своего поста, что посторонних в служебном помещении не было. Они, в принципе, могли и врать, опасаясь потерять работу.