— Все равны как на подбор, — засмеялся «квадратный парень» Антон, брат той самой девчонки, которая владела флотским семафором и назвалась «Бегущей по волнам».

А военрук шутки не принял. Он нахмурился и строго спросил:

— Что за разговоры в строю?

По всему выходило, что Диме Майдану предстоит учиться в самом последнем шестом взводе, если бы не вмешалась судьба. Судьба явилась в образе изящной молодой учительницы. Черный костюм сидел на ней ладно и строго, как военный мундир. Учительница неожиданно появилась позади военрука и что-то ему шепнула.

— Виноват, Мария Яковлевна, не учел, — галантно сказал военрук и скомандовал: — Отставить расчет! Изучающим английский язык — три шага вперед, французский — пять шагов… марш!

Большинство учеников осталось на месте, поскольку они откликались на пароль: «Шпрехен зи дойч?»

А остальные доставили начальству немало хлопот. «Англичане» и «французы» по количеству никак не укладывались в строевой расчет. В результате Майдан, «пионер» Гасилов, Жорка — владелец швертбота, Раймонд Тырва и Антон Донченко попали в сборный «двуязыкий» класс, который нарекли вторым взводом. Рост тут роли уже не играл. Оставалось только назначить младших командиров.

Военрук внимательно осматривал ребят и наконец вывел из строя мальчишку в галифе и мягких хромовых сапожках. Радько угадал. Отец у Леки Бархатова был полковником, и парень с детства привык к гарнизонам. Суховатый, подтянутый Лека тотчас стал командовать, будто всю жизнь этим и занимался. Ребята сразу поняли, что выбор правильный.

Все, кроме Жоры Куржака. Брат у Куржака, с которым он вместе перевернулся на швертботе, уже два года щеголял в военной форме артиллерийского «спеца» и даже исполнял обязанности старшины роты. Жора представил, как было бы здорово, вернувшись домой, небрежно сообщить брату, что он тоже младший командир. Правда, огорчаться было рано, поскольку оставались свободными четыре вакансии командиров отделений. Жора Куржак решил помочь военруку. Он заикнулся было, что у него есть собственный швертбот. Но военрук еще раз напомнил о недопустимости разговоров в строю и прошел мимо.