«Повесть Ваша удачная, — ошеломленно читал Голованов. — Вы чувствуете флот, пишете о нем. с настоящей любовью и знанием. Повесть Вашу со своим отзывом я перешлю завтра в журнал «Знамя». Надеюсь, что ее напечатают.

Присылайте свои литературные пробы и далее. У Вас все данные для того, чтобы писать. Но не увлекайтесь этим сразу чрезмерно. Сначала убедитесь в своих силах, постепенно приобретайте стаж и никоим образом не отходите от службы. Только служба и морская профессия откроют Вам настоящие пути в литературе. Это дело проверенное. Морские писатели должны быть солеными, опытными моряками, их кругозор должен быть весьма широким».

Ах, как долго шли к нему эти добрые и такие нужные слова! И как непросто было теперь воспользоваться ими!.. К. этому времени Голованов был вынужден демобилизоваться. И хотя продолжал корреспондентскую деятельность и даже выходил в высокие полярные широты на атомоходе «Ленин», морская служба осталась позади. Да и многолетняя газетная работа успела сказаться на его стиле, почерке, на отношении к слову. Ведь он уже давно не помышлял о литературе.

Фактически все требовалось начинать заново — вторая писательская молодость пришла к нему после сорока. Но так много пережитого и увиденного осталось в памяти и душе, такая вера в свои силы, такое упорство и целеустремленность были привиты ему еще с юношеских, «спецовских» лет, что отставной капитан 3-го ранга решительно взялся за перо. Он заново перечитал и «перепахал» рукопись той, самой первой повести. И одновременно приступил к повести «Матросы Наркомпроса», видя в том самый первый, самый большой долг перед своим поколением. Над темой этой повести К… П. Голованов продолжает работать до сих пор.

Разумеется, читатель сам отыщет ключ к этой книге, составит мнение о ней.