Токико вдруг заговорила совершенно о другом, как будто забыв, зачем к ней пришла Фумиэ. Она стала жаловаться на мужа, который завёл себе молодую любовницу и ушёл к ней. Для Фумиэ это было настолько неожиданно, что она даже растерялась. Ей искренне, по-дружески хотелось чем-нибудь помочь Токико, но что в таких случаях можно сделать? Фумиэ лишь приподняла правое плечо — она всегда так делала, когда оказывалась в затруднительном положении, — и, положив руки на стол, то сплетала, то расплетала пальцы.

Токико, не стесняясь Фумиэ, выплеснула всю накопившуюся на душе обиду и тяжело вздохнула. От волнения на её скуластом лице выступили красные пятна, а за толстыми стёклами очков лихорадочно заблестели продолговатые узкие глаза. Схватив чашку с остывшим зелёным чаем, она залпом осушила её.

Фумиэ пристально смотрела на Токико и, когда взгляды их встретились, робко улыбнулась и невольно потупила взор. «Не осуждай меня», — прочла она в глазах Токико, и это ещё больше смутило её.

Понурив голову, Токико погрузилась в свои невесёлые думы; она уже раскаивалась в откровенности. Скулы на её длинном, смуглом, осунувшемся лице резко выступали над впалыми щеками, бросая на них тень. Эта тень делала лицо похожим на маску, скрывающую что-то важное, к чему нельзя допустить других.

«Так вот оно как…» — Фумиэ в раздумье склонила голову на бок. Она несколько раз видела мужа Токико, который работал и кооперативе. Он произвел на неё впечатление приятного бесхитростного человека. И вот, оказывается, он бросил Токико, ушёл от неё. Однако это почему-то не вызывало в душе Фумиэ ни возмущения, ни протеста. Не была ли причиной тому маска на лице Токико? Но и Токико ей не в чем было упрекнуть. Такая судьба постигает сейчас многих женщин средних лет, думала она. Чувствуя, что вот-вот расплачется, Фумиэ опустила голову и закрыла глаза, полные слёз.