- Не он политик, а вы политики, вы! А всякий, кто занят политическими страстями, не может простить другим, если они ставят что-то выше его партийных идеалов!

- Он ненавидел богатых и знатных! - сказала сестра.

- Но он никогда не собирался занять их место. Он хотел уничтожить богатство и власть, но не овладеть ими.

- Все-таки уничтожить!

- Но не оружием. А посредством душевной чистоты.

- А я утверждаю: он хотел основать новое государство, - сказал фарисей. - Хотел беспорядка и революции.

- Вот это ближе к истине, - сказала сестра.

- Но к кому он обращался за помощью? - сказал римлянин. - К самым невоинственным людям. К женщинам и детям, к униженным и смиренным. Революция? Возможно. Но какая? Когда все, что сейчас значительно, перестает быть важным!

- Вот, вот что самое гнусное! - сказал фарисей. - Он хотел поколебать закон, который существовал века и пребудет вечно. А теперь - где он, ваш Иисус? И в чем его учение? Нас трое здесь, и мы не можем прийти к согласию. Как же придут к согласию тысячи и тысячи?

- А ты пойди по городам и увидишь, как приходят к согласию тысячи и тысячи, - сказала сестра. Он теперь недоступен вам, а последствия Его дел даже представить трудно. Вас же запомнят лишь потому, что вы один миг стояли на его пути!

- А вот за эти слова ты будешь проклята, - с тихой яростью проговорил фарисей. - И весь этот дом проклят. Пусть будет дом этот пуст!

- Зачем вы так? - в панике спросил старший брат.

- И все живущие здесь прокляты! Ты кто? Брат? Тоже проклят...

И покинул дом.

- Дождались, - сказал сестре старший брат.

- И вы тоже - зачем было вмешиваться? - сказал он римлянину. - Я вообще ни за что попал... Не знаю, как вы, а мне пора.

- Беги, беги, все равно ты уже проклят, - сказала сестра.

- Вот и все, - сказала Мария. - Это ты уходишь навсегда, больше сюда не вернешься.